ДАНИИЛА

У Макаревича есть высказывание и про нимб.

Художник Омар Райан Подарили дураку море. Он потрогал его. Пощупал. Обмакнул и лизнул палец. Был соленым и горьким палец. Тогда в море дурак плюнул. Близко плюнул. Подальше плюнул. Плевать в море всем интересно. Дураку это даже лестно. Но устал он. И скучно стало. Сел дурак на песок устало. Повернулся спиной к прибою. Стал в лото играть. Сам с собою. То выигрывает, то проигрывает. На губной гармошке поигрывает. Проиграет дурак море!.. А зачем дураку море? Левитанский

Лиса в блаженной позе будды В златые горы примостясь, Свои ли царские причуды Воспела, но перекрестясь: "Ой, Хуаны мои, сны тумана, Выходите вы все из дурмана. Усыпили победами Русь, Новым сроком за вас я возьмусь".

Топурия Бадри Отарович, художник Петрозаводска, который воспел два родных ему мира Карелию и Грузию (которую местный народ называет Сакартвело). Картина "Пиросмани" На клеёнке, без холста Жизнь картин его проста: "За вино и за еду Вдохновение найду". Всё оставлено на месте Без почёта или чести, Чуть светлее Скромный быт, И художник не забыт. И ещё одна картина этого художника, которая очень красноречива. "Криманчули"

Продолжу "Небылицу". Стала ворона жрецом-воеводой, Кличет отсталые в жизни народы, Ищет идею в покоях могил, Воинский дух, чтоб он мир возродил. Сделала лисоньку Евою-Ксюшей: - Умных людей никогда, Ксюш, не слушай. Только природой буди все сердца, Вот и не будет у жизни конца. Умным по жизни не надо скитаться, Умный мужик хочет с Евой расстаться, Брата природой своей возлюбил. Что ему женщина, что крокодил. Может, конечно, наш шар голубой, Только, голубка, дадим мужам сбой. Как нам Хуана поднять на войну, Если он в воине видит жену? Хлеба и зрелища сделаем уткой, Чтоб без обид, назовём это шуткой. Ну, русский дух, из кустов покажись! Только отставить команду: "Ложись".

Вспомнила старый добрый стишок про троллей. Нашла в Норвегии художника-аниматора, рисующего цифровой техникой. Ивар Рёднинген. Жили-были трое троллей На вершинах дальних гор, Жили тролли, не скучали, Хоть молчали с давних пор. Как-то раз никто не знает, От каких таких причин, В той стране раздался грохот. “Что за шум?” - спросил один. Но затих ужасный грохот, И опять настал покой, Двести лет прошло в молчаньи. “Это мышь!” - сказал другой. А когда еще столетье Пронеслось над краем снов, Третий тролль сказал: “Прощайте! Ненавижу болтунов!”

- Быдло! - тут медведь сказал. Толь в улыбке, то ль в оскал. Но лиса: - Ты что, медведь? Нужно нам народ воспеть.

Из-за леса, из-за гор, За лису вступился хор - Мы проказницу не видим, Женщину мы не обидим. Вай, лисица-Сулико, На вершине нелегко.

@subwoofer-marantz, то-то у меня в голове всё грузин какой-то под ноги попадался. Думаю, куда его приткнуть, не влезает в пьесу. @bur-nellya, моралью дело не кончай, лисицу с той горы сгоняй, протухнет от слюны обед. Голодных что ль в лису там нет.

Вреден выбор. А свобода чувства внутри себя делает свободным в чувстве и другого. Это не вред себе, потому что нет сопротивления. Сила нужна для сопротивления. Отпустить, простить, понять, принять - это работа для души. Она-то как раз - бальзам. Всё меняется в жизни местами, чтобы раскрыть что-то новое в себе, что было скрыто привычным укладом. Даже пласты Земли меняются местами, и из Солнца бывают выбросы, как ненужное. Каждый хорошо знает, что порой так хочется, чтобы тот, кто с тобой рядом постоянно, куда-то ушёл на время или тебе хочется уйти. На расстоянии или в удалении становится лучше видно, что соединяло или разделяло. Когда никто тебе не мешает видеть и не показывает своё достоинство, то в покое одиночества всё встаёт на свои места. Ненужное уходит, а нужное не закрывается противоречиями.

Лиса казалась милою простушкой, Такой открытой, огненно-живой, Но двигала всегда она макушкой, Чтобы с воронами остаться ей живой. Ей чёрный воронок в тревоге снится, Сибирская далёкая тайга, И чтобы этот сон не повторился, Задумала она построить всем врага. Ведь знала - после доблестной пирушки Вороны спросят: кто тебя кормил? Но горбится не хочется старушке, Показывая хвост свой или тыл.

Эт-точно! Улыбка - просто улыбка. Почему она должна нести ещё с собой какую-то нагрузку, довесок? Попадая в незнакомую или новую, непривычную для тебя среду, чувство обостряется. Им принюхиваешься, прислушиваешься, улавливаешь флюиды. То есть ты возвращаешься в детство, в перворождённое чувство. Новизна - обман, но иллюзия - это и есть суть творения, которое нужно только для игры чувства. Что толку видеть каждый день Солнце, а каждую ночь - Луну. Они неизменны. И эта неизменность вызывает чувство засыпания и равнодушия. Потому природа творит так, что ни один день и ни одна ночь, ни один восход и закат не похожи друг на друга. Но это можно не замечать, не восхищаться этим, потому что рядом с тобой может находиться кто-то другой, кто тебя дёргает и отвлекает от этого созерцания. И тебе нужно от него избавиться. Как? Это и есть вопрос ума, который решается постоянно, если только ты не покидаешь общество людей. Рядом с тобой - тот же самый человек, что и ты, как твоё отражение. Потому ум вступает в вечный спор с самим собой, в монолог Гамлета - быть или не быть, делать или не делать, улыбаться или огрызаться. И выходит он из этого внутреннего монолога каким-то шагом, шагом творения. Вот Макар и вышел. Он вышел из России и оказался в Америке. Но чтобы эту иллюзию новизны повторить словами, что он делает? Он отрицает Россию, покидает её одной ногой, чтобы принять Америку. Движение иллюзорно. Ведь в Америке те же самые люди. Потому он только творит словами новизну, подтверждает её чувством обострения. По сути мы всегда выражаем только чувство. Описывая его, мы играем в верю. Если же мы описываем и разбираем слова, то это игра в не верю.

Давай, попробуем. Два предложения уже было. Активность вряд ли проявится, если её не поднимать.

Не знаю, будет конкурс или нет, но оставляю опять молитву, как благословение на путь слияния всех поэтов форума в миг единства и сотрудничества. Плачет всё, что знает роды, Из слезы выходит мир, Плачет небо над берёзой, Соком восходя на пир. Пыль иль прах слепив лозою, Лезет слёзно к свету свет, Повторяя неустанно: Смерти не было и нет. Радостью рожают слёзы Всё идущее в свой пик, Горестью волнует горы, Если неизменен лик. Плачут горные вершины, Когда видят Эдельвейс, И скользит назад, в долины, Каменный в постройке лес. Волны гор и волны моря Знают вечность, помня миг, Сердцевиною толкая Возрождения родник. Плачет горбная старушка, Телом в камень обратясь: "Где же пенная та кружка, Что рождает жизни связь?" Платит цветом куст сирени, Источая аромат, За волшебное мгновенье, Превращая слёзы в сад. Плачет мир, миг обретая В вечности всегда весной, Пасху-свадьбу назначая, Как день встречи роковой. Слёзы горя, слёзы счастья Заплетут опять венок, Озареньем продвигая Неизменности челнок.

Посмотрела ролик по пути с теми, что здесь оставлены. Оставлю, вроде в эту тему подходит.

Я пару слов о злобных и дебилах скажу, но читать, повторяю, не обязательно. Для меня это просто зарядка ума, саморганизация. Кто ищет конфликты? Можно сказать - злобный ум или же неразвитый ум (дебил), потому что в конфликтах он развивается. Злобный ум - это продукт среды обитания. Меняется среда, меняется и ум. Дебил же вырастает в конфликтах до созревания, когда конфликты перестают быть нужными. На что обижаться? Наверное, на непонимание, на его невозможность по причине неразвитости ума. Или же ум ищет, как я уже выше сказала, того, на кого можно сбросить накопившийся негатив. За границей, где среда обитания спокойна, можно не понимать россиян.

С удовольствием посмотрела на живые эмоции. Помню, как дети уговаривала мужа побриться, потому что с бородой и усами он выглядел старше. Когда муж вышел из ванны "голый", так было забавно наблюдать всё те же эмоции. Что-то Грудинин без усов на Немцова стал похож.

Слоник, я не знаю твоего ответа, но люди часто хотят иметь друга необыкновенного, чтобы ни у кого такого не было. Спрос рождает предложение. Но у тебя может быть и другое мнение на этот счёт, хотя бы той же самой причине - желания неповторимости. Потому я с удовольствием выслушаю его. Лошадь подлечилась, но интерес к ней временно исчерпан. Может вернусь, чтобы продолжить. А для весеннего настроения - дерево. Многие его знают по роликам. Но пусть будет и у нас, в теме.

@Е в г е н и й, стихами всё можно выразить. Мы этим здесь и занимаемся. Можем даже конкурс провести под названием "Лисичкин хлеб". Ведь у каждого он был в детстве единственный и неповторимый.

Ух, ты!!! Живая собачка! Запал вернётся, тогда можно и к туловищу вернуться. Можно, но не обязательно. @Иvаноff, ты выделил то, что было важно для передачи настроения. Взгляд собаки завораживает, как и улыбка Джоконды.

Эх, я так и думала, что собратья-поэты скажут, что им пофиг поэт Макаревич. Наверное, стихи они давно не пишут, забывать стали, что слова всегда прилагаются к чувству, а не наоборот. Ладно там не-поэты всякие. Они стихов не пишут, потому забывают часто, зачем им слова даны. Но поэты?!!! Они же чаще об этой истине вспоминают. Зачем тогда слова писать, если не выражать чувство? Человеку слова нужны исключительно для выражения игры чувства и для его создания, вызыва в себе и других.

Ещё одна сказка-правда. Вы встречались в лесу с бешенной лисицей? Говорят, что по весне она гуляет. Редко слышала я эти небылицы, Но в народе их от опытов хватает. Вчера друг ходил-бродил по белу свету, И наткнулся он на ту лису случайно, Думал подарить немного хлеба, Ведь та встреча так необычайна. И лиса с приветливой улыбкой Подошла спокойно и учтиво, Но в природе этой очень зыбкой Всё непредсказуемо игриво. На рюкзак лисица не взглянула, Но он первым под ноги попался, И его она растормошила, Ну, а лес над путником смеялся. Страх загнал пришельца на сугробы, И лиса рвалась к нему с укусом. Так бывает, что любовь до гроба Делает нас маленьким и трусом. Удалось ему сбежать из леса, И пошёл мой друг искать защиты, Но ничем окончилась та пьеса, Егеря в России, уж, забыты.

Загнанный в угол зверь хочет жить, Он понимает, что нужно спешить, Некогда думать и даже мечтать, Что кто-то захочет тот угол спасать. Часто инстинкты сильнее ума, Так ведь природа играет сама, Страус зароет свой страх и в песок, Если почует он смерти глоток. И человек может страх пережить, Может он смерть своей смертью простить, Может, как зверь, разорвать он врага, Может смерить и отмщенья рога. Только в покое стихает тот зверь, Ум успокоит лишь ясности дверь, Как озарение, это придёт, Даже и ослик влюблённо споёт. Страх побеждает всегда лишь любовь. Можно о том говорить вновь и вновь. Но подтверждается то не в словах, То раскрывается только в делах.