Прошло много лет после круиза и однажды к берегу прибило запечатанную бутылку с листком бумаги внутри...
в самом верху было написано "укр....но у Ар...а К-Д..я
далее было следующее:
У меня в кармане лежит один манускрипт, - сказал доктор Джеймс Мортимер. - Я заметил это, как только вы вошли, - сказал Холмс. - Манускрипт очень древний. - Начало двенадцатой игры, если только не подделка. - Откуда вам это известно, сэр? - Разговаривая со мной, вы все время показываете мне краешек этого манускрипта дюйма в два шириной. Плох же тот эксперт, который не сможет установить дату документа с точностью до одной-двух игр. Вам, может быть, приходилось читать мой небольшой труд по этому вопросу? Да, Я датирую ваш манускрипт двенадцатой игрой. - Тринадцатая. - Доктор Мортимер вынул рукопись из бокового кармана пиджака. - Эта фамильная реликвия была отдана мне на сохранение сэром Чарльзом Баскервилем, внезапная и трагическая смерть которого так взволновала весь Пушкиншир три месяца назад. Я считал себя не только врачом сэра Чарльза, но и его личным другом. Это был человек властный, умный, весьма практический и отнюдь не фантазер, как ваш покорный слуга. И все же он относился к этому документу очень серьезно и был подготовлен к тому концу, который его постиг. Холмс протянул руку, взял манускрипт и расправил его на коленях. - Уотсон, присмотритесь к написанию буквы "п". Это одна из тех особенностей, которые помогли мне установить дату документа. Я глянул через его плечо на пожелтевшие листы с полустертыми строками. Вверху страницы было написано: "Баскервиль-холл", а ниже стояли крупные, размашистые цифры: "13". - Это, по-видимому, какая-то запись. - Да, запись одного предания, которое живет в роду Баскервилей. - Но, насколько я понял, вы пришли посоветоваться со мной по вопросу более практическому и более близкому к нам по времени. - Да, животрепещуще близкому! Он не терпит отлагательств, его надо решить в течение суток. Рукопись совсем короткая, и она имеет непосредственное отношение к делу. С вашего позволения, я прочту ее вам. Откинувшись на спинку кресла. Холмс сомкнул концы пальцев и с видом полной покорности судьбе закрыл глаза. Доктор Мортимер повернулся к свету и высоким скрипучим голосом начал читать нам следующую любопытную повесть древних времен: - "Много есть свидетельств о тринадцатой игре в мафию, но, будучи прямым потомком Гуги Баскервили и будучи наслышан о сей игре от матери своей, а она - от моей бабушки, я положил себе записать сию историю, в подлинности коей не может быть сомнений. И я хочу, дети мои, чтобы вы уверовали, что товарище по игре, наказующие нас за прегрешения наши, вольны и отпустить их нам с присущим им милосердием, и что нет столь тяжкого проклятия, коего нельзя было бы искупить исправлением ошибок в будущем и извинением. Так предайте же забвению страшные плоды прошлого, но остерегайтесь грешить в будущем, дабы снова всем нам на погибель не даровать свободу темным страстям, причинившим столько смуты при голосовании. Знайте же, что во времена Великого мореплавания, отправилась в круиз компания людей, и их можно со всей справедливостью назвать людьми необузданными, азартными и веселыми. Софорумчане давно уже прощают им прегрешения, а именно, монополизацию раздела Флуд, ибо святые никогда не водились в этих местах, а в натуре любителей Мафии была наклонность к веселым шуткам, что и сделало их притчей во языцех во всем Флуде. Случилось так, что эти мафиозники завербовали новых адептов игры. Дочь одну, фермера, земли коего лежали поблизости от Пушкино, юную девицу, известную своей скромностью и добродетелью, випперсону, все страшились одного его имени. И вот однажды, а это было в пятницу, JuliaGEm отобрала из своих товарищей 19, самых отчаянных и беспутных, и, зная, что мужья, жены и дети, не говоря уже о животных, долго не увидят своих родных, начала игру. Придумав легенду, она спрятала первую жертву в одной из кают, а сама, по своему обычаю, стала веселиться с товарищами.
Но вскоре мороз пробежал у игроков по коже, ибо они услышали, что первый же убитый оказался мирным, и затем, вся в пене, пронеслась мимо них без круга спасательного, фигура капитана. Беспутные гуляки сбились в кучу, обуянные недоумением, но все же продолжали путь дальше.
Проиграв кто день или кто два, мирные, повстречали кома с важной информацией, но большинство не приняли ее во внимание. Рассказывают, кто-то сначала не мог вымолвить ни слова, но потом все же признался, что общался со многими в нескольких чатах со скоростью, как будто за ними неслись собаки. Но я видела я и нечто другое, - были и те, кто не был лишен опыта и способности анализировать. Большая часть мафии, увлеченная игрой, обратила на себя их пристальное внимание в самом начале, но благодаря чатам, другим игрокам было не до размышлений.
Несчастные чуть не лишилась ума, читая посты, крики и подсказки по следующим жертвам, доносившиеся со всех сторон, ибо, по свидетельству тех, кто знал JuliaGEm, она была столь одарена фантазией, что казалось мафам, что подсказка прямо указывала на одного товарища среди них, а мирным – что вообще нет никакой конкретики.
Под конец, споры довели мафиозников до того, что они отважилась на поступок, от коего отказался бы и самый ловкий и смелый, а именно: исключили из чата своего и побежал он через болото голосования самостоятельно.
Бесшабашные игроки проявляли недюжинную смекалку и фантазию в чатах, запутывая друг друга и самих себя. Даже непонятное, но не лишенное привлекательности земноводное настойчиво указывала на ложный путь размышлений мирных игроков. Между тем, у кома уже не было сил обращать внимания на себя и результаты ночных расследований, и она, повернув к ним свою окровавленную морду, сверкнула горящими глазами. Тогда вскрикнули игроки, обуянные страхом, и, не переставая кричать, помчались голосовать в более или менее правильном направлении. Мафия уверенно наносила удары. Ночью луна ярко освещала палубу, посреди которой лежали несчастные жертвы, скончавшиеся от страха и потери сил. Силы зла были лучше организованы, их разум был менее затуманен и в последний день плавания им удалось одержать победу над мирными
Таково, дети мои, предание о игре, причинившей с тех самых пор столько разговоров во флуде. И если я решила записать его, то лишь в надежде на то, что знаемое меньше терзает нас ужасом, чем недомолвки и домыслы.
Есть ли нужда отрицать, что многие в роду мирных умирали смертью внезапной, страшной и таинственной? Так пусть же не оставит нас провидение своей неизреченной милостью, ибо оно не станет поражать невинных, мирных. И сему провидению препоручаю я вас, дети мои, и заклинаю: остерегайтесь не слушать Нелю и кома, выходить на голосование влекомые азартом и бурным весельем, когда силы нелогичности властвуют безраздельно. (Написано рукой Гуги Баскервили для сыновей Роджера и Джона, и приказываю им держать все сие в тайне от сестры их, Элизабет)".
(1).jpg.92d049bef704539820cea0c8798c63ee.jpg)
(1).thumb.jpg.4e074093fb2ce6480a7a58c8be5fe2ed.jpg)
