Перейти к содержанию

Авторизация  
Валерия Васильева

Интересные истории обо всём

Рекомендуемые сообщения


Михаил Ильич Ромм всю жизнь любил рассказывать и делал это блестяще. В Москве до войны в домах, где бывал Ромм, шутили: "Приглашаем вас сегодня не на чай, а на Ромма".
Его брат, Александр Ильич Ромм, замечательный веселый человек, поэт и переводчик, как-то сказал ему: "А знаешь, никакой ты не режиссер, не сценарист, не скульптор. Ты, брат, великий трепач!" – "Неужели великий?" – удивился Михаил. – "Да, гениальный!"
"Я был польщен", – так потом об этом, смеясь, рассказывал Михаил Ильич.
Сколько я помню отца, он всегда, приходя домой с работы, обычно "докладывал" семейству "основные события дня". И эти самые "основные события" в его изложении превращались в маленькие своеобразные произведения искусства.
Бывало иногда придет домой мрачный, чернее тучи, аж лица на нем нет. Смотришь, поел, пришел в себя, и затем следовало его обычное: "А ну их к дьяволу!" И дальше шел рассказ, наполненный таким юмором, что мы буквально катались от смеха. Юмор спасал Ромма на протяжении всей жизни и одновременно помогал его друзьям и многим кинематографистам. А в жизни Ромма было далеко не все так уж весело: и неоднократные увольнения со студии "за самоволие" и из ВГИКа за то же, суд чести над ним по обвинению в "безродном космополитизме", постоянные стычки с руководством кинематографии, а позже и телевидения, крупные неприятности в ЦК и так далее. А начальство Ромма всегда не любило: "неудобным" он был для них человеком. Но Ромм умел каким-то удивительным, совершенно непостижимым образом отряхнуться от дураков, управленцев, а порой и просто откровенных мерзавцев.
Шесть лет, с 1956 по 1961 год, Ромм не ставил фильмов. Шел мучительный внутренний процесс пересмотра своего творчества, "сдирания шкуры навыков". Моя мама – Елена Александровна Кузьмина, жена Ромма, не раз говорила ему: "Ну чего ты мучаешься?! Сиди себе дома да пиши. Ты же прекрасно пишешь, ты бы мог быть хорошим писателем!" – "Да никакой я не писатель! Не могу я писать, сидя в тишине кабинета".
Действительно, Ромму необходимо было всегда находиться в гуще событий, необходимо было ощущение людей, жизни. Если вдруг в доме переставал трезвонить телефон или затихал поток бесконечных посетителей, Ромм мрачнел. Ему необходимо было ОБЩЕНИЕ. Кто-то сказал, что "дар общения – это дар божий, который редко кому дается". Ромм обладал этим даром в полной мере, и его рассказы были одной из форм этого общения. А вот записать их на бумаге у Ромма никогда не возникало желания. "Мысль обгоняет руку, – говорил Ромм, – и пока пишешь, забываешь, о чем хотел сказать".
Если не ошибаюсь, то году в 1966-м, уже работая в ГДР над переводом дикторского текста "Обыкновенного фашизма" на немецкий язык, Ромм, что называется, "сломался": "Купил магнитофон, уж очень был хорош! Проклятый капитализм попутал!"
И вот на даче, в своем кабинете, на втором этаже, плотно закрывшись от нас, Ромм начинал пробовать наговаривать свои новеллы-рассказы на магнитофон, поначалу стесняясь даже самого себя, а еще больше – магнитофона. Это оказалось совсем другим видом искусства, значительно более трудным, чем живой рассказ в непосредственном общении с собеседником. Первые рассказы Ромм перезаписывал по два, по три раза. Искал форму, искал какие-то лишь ему ведомые законы, которые требует запись на пленку. Наговаривал стоя или ходил из угла в угол, как всегда темпераментно, решительно. Курил.
Через какое-то время Ромм решился наконец показать (он именно так и говорил всегда: "показать", – а не дать послушать) своим друзьям прямо там, на даче, первые свои рассказы. Это были "Тост Николая Шенгелая" и "Семен Семенович Дукельский". Собралось несколько писателей, профессионалов, более чем "поднаторевших" в своем цеховом деле. И тем не менее рассказы Ромма вызвали бурю восторгов. Смешные и грустные, ироничные, они были сделаны не только на высоком артистическом уровне – они были сделаны точно социально и исторически.
"Бесконечно интересные, маленькие законченные шедевры", – такова была реакция первых слушателей. Вот тогда-то, видимо, Ромм и надумал делать "Книгу устных рассказов", начал систематически, но без какой-либо хронологической последовательности наговаривать на магнитофон новеллы для этой своеобразной книги: "Что придет на ум, – то и говорю"...
Выполнить до конца задуманное Ромм не успел. Он умер 1 ноября 1971 года.
После смерти Михаила Ильича у нас дома собралось огромное количество народа. Ну, естественно, почти все киноначальство в полном составе. Подошел к маме один из высоких представителей и после выражения самого искреннего (действительно, самого искреннего) соболезнования попросил маму: "Елена Александровна, Михаил Ильич многим показывал свои устные рассказы. Ну, и… понимаете… ходят разные слухи… Нам очень не хотелось бы, чтобы у вас возникли какие-либо неприятности в связи с этим, а имя Михаила Ильича неэтично затронуто… Мы очень вас просим: закройте кабинет Ромма на ключ. Всякие слухи ходят, всякие…" Кузьмина, женщина в высшей степени мужественная, поблагодарила за заботу о нас и о добром имени Ромма, но закрывать кабинет категорически отказалась. Кто-то сказал: "Да закройте, Елена Александровна! Закройте! Ведь растащат весь архив по бумажкам на память". Это подействовало. Кабинет закрыли. А через какое-то время нам вдруг стало как-то не по себе, тревога, что ли, вселилась какая-то: а мало ли что? Всего можно ждать. Поэтому мы разнесли кассеты по друзьям, по одной штучке в дом и так, чтобы никто не знал, где они и у кого что. Сам магнитофон (это был уже другой магнитофон с нестандартными кассетами и, похоже, что аналогов у него в Москве не было) тоже унесли из дома… На дворе стоял декабрь 1971 года…
Время шло, разговоры вокруг пленок Ромма прекратились. Мы успокоились, видимо, ничего не грозило ни доброму имени Ромма, ни его архиву, ни пленкам. И все-таки…
 

  • Нравится 3

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Жарким Бангкокским майским днем 1919 года принцесса Сиама(ныне Таиланд),  именумая тайцами под именем  Питсанулок,  исчезла из королевского дворца.  Она сама решила исчезнуть,  ибо делить своего  любимого супруга,  она не могла ни с кем.  Стать королевой Сиама ей так и не довелось,  но она была и остается  единственной русской принцессой в истории Таиланда.
12 мая 133 года назад родилась Екатерина Десницкая - женщина очень примечательной судьбы,  русская подданная, супруга сиамского принца Чакрабона, которого все звали Лека-(в переводе с сиамского означает "маленький").   
Дочь статского советника,  Екатерина, в раннем детстве лишилась отца, а в юности потеряла и мать.   Опорой и поддержкой  всегда был старший брат- Иван.  
В Петербурге Катя Десницкая училась на курсах сестер милосердия.   Время было тяжелое.  Шла русско-японская война.  Катя мечтала отправиться на фронт, помогать больным и раненым в боях солдатам.
Как-то на одном из приемов в  светском салоне своей подруги  княгини  Елизаветы Храповицкой,  Катя знакомится с принцем Сиама- Чакрабоном, учившемся  в  Пажеском корпусе Петербурга. 
Невысокого роста,  улыбчивый юноша с раскосыми глазами понравился ей.   Чакрабон  блестяще говорил и писал на русском языке.  Сын короля Сиама-Рамы V, по приглашению  российского императора Николая Второго, наследный принц Таиланда, совсем юношей приехал учиться в Петербург.  То время было сближением Русского Императорского дома с Королевским домом Таиланда.  
Чувство Кати и Чакрабона было взаимным, но Катя была человеком слова и долга.   Она отправилась в качестве медсестры  на Дальний Восток,  на линию фронта. Влюбленный принц Сиама писал ей:"Мне никто не нужен, кроме тебя. Если бы ты была со мной,  все было бы прекрасно и ничто не могло бы омрачить моего счастья".
С фронта Екатерина вернулась с тремя наградами, в том числе и с Георгиевским крестом.  За всю Русско-японскую войну 1904–1905 гг. только четыре женщины были удостоены подобной награды, в том числе и Екатерина Десницкая. По ее приезду в Петербург принц Чакрабон сделал ей  предложение руки и сердца, на что юная Катя ответила согласием. 
В атмосфере строжайшей тайны молодые отбыли в Константинополь, где венчались в греческой церкви Святой Троицы- где разрешались браки между людьми разного вероисповедания.
По приезде  молодоженов в Сиам стало понятно, что Королевская семья Сиама  не приняла чужеземку.   Принц был буддистом.  Катерина-православной. К тому же никто в Сиаме не отменял многоженства.  А наличие русской жены все только усложняло.   Ради Катерины принц отказался от многоженства – первый из королевской династии. Знал бы он,что слишком поторопился... 
Молодых влюбленных ничего не пугало.  Они любили друг друга  и были очень счастливы.  Катя довольно быстро освоила тайский язык.  Ее достойное поведение, деликатность, увлечение местными обычаями и культурой способствовали изменению  к ней отношения со стороны  королевской семьи, особенно, когда Екатерина родила в 1908 году сына, которого назвали Чулой.  
Как и его отец Чакрабон,  Чула  родился 28 марта. Король Таиланда увидел в этом добрый знак.   Королева Таиланда -Саовабха души не чаяла в малыше.  Он напоминал ей ее любимца Чакрабона.   Сдался и всемогущий   Рама V,  на коленях у которого маленький Чула всегда любил резвиться.  К сожалению, вскоре  Рама скончался. 
На престол взошел старший брат Чакрабона-Вачиравут, который очень хорошо относился к Екатерине и обожал Чулу.  Вачиравут не был женат и у него было детей.  И это означало, что Чакрабон был первым в очереди на престол.  Однако, этому сбыться было не суждено.
Екатерина заняла видное положение в светском обществе Сиама.  Устраивала приемы,много путешествовала с мужем. В Китае обосновался ее любимый брат Иван.  И Екатерина решает  навестить его.  Чакрабон не мог отлучиться и остался в Бангкоке.  Через месяц по приезду  Катя обнаружила, что у принца появилась фаворитка - 15 летняя   принцесса Чавалит. 
Чакрабон разрывался между Катей и Чавалит.  Катя  поставила супругу условие или она единственная  жена или не жена вовсе. Русская женщина была непреклонной. 
Чакрабон любил ее и сына, но не мог ничего с собой поделать. Прожив 12 лет вместе, Катя решилась на побег.  Через месяц Чакрабон подписал бумаги о разводе. Чула остался с ним и Чавалит.   Катя покинула Сиам и уехала к брату в Шанхай, где помогала беженцам из Российской Империи.  Она очень тосковала о сыне, забрать которого ей никто бы не позволил. Он был наследником престола.   Чакрабон выплачивал ей алименты,  от большей части которых, она сама отказалась. Сыну она писала письма.   Он ей тоже.  Король Сиама-Вачиравут не признал брак Чакрабона и Чавалит.   В это же время умирает королева- мать Саовабха. Для юного Чулы смерть любящей бабушки стала  настоящей трагедией. 
В июне 1920 года от воспаления легких умирает принц Чакрабон.  Екатерина приезжает его хоронить. Все свое состояние Чакрабон поделил между единственным сыном-Чулой и Чавалит.   Однако король распорядился разделить имущество покойного брата на троих- включая его бывшую супругу Катю Десницкую.
 В 1932 году в возрасте 33 лет  скоропостижно умирает  принцесса Чавалит. 
Принцу Чуле,  как и его отцу, королем стать не довелось. Но это не помешало ему стат счастливым и достойным человеком. Родной дядя  отправил его учиться в Англию, где принц стал профессионально заниматься мотоспортом.  А также увлекся историей своей династии,  о которой впоследствии напишет книгу.   Своей маме-Екатерине Десницкой он купил в Париже дом,  куда она после смерти любимого брата,  переедет вместе   со воим вторым супругом американским инженером-Гарри Стоуном.  
С матерью Чула  останется удивительно близким по духу человеком.  Он никогда ее ни в чем не винил, ибо понимал, что в данной ситуации она ничего не решала. Ни разлука,ни семейные сложности не отдалили их друг от друга.   Екатерина Ивановна уйдет из жизни -  3 января 1960 года. Она успеет застать свою единственную внучку Наризу -единственную дочь Чулы в браке с англичанкой Элизабет Хантер.   Чула скончался 30 декабря 1963года,  в возрасте 55 лет.   Сегодня Нариза Чакрабон   и ее сын- Хьюго прямые потомки Екатерины Десницкой  и Чкарабона.  
Нариза напишет чудесную книгу "Катя и король Сиама"и посвятит ее памяти своего отца.  В 2011 году по этой книге в Екатеринбургском театре оперы и балета был поставлен одноимённый балет.
История любви принца Чакрабона и Екатерины Десницкой описана в книге Паустовского «Далёкие годы» . Однако, никто, кроме самой Екатерины и Чакрабона,  не может знать всей драматичной истории их великой любви, ради которой юная русская сирота , прославившаяся на фронтах русско-японской войны отправилась в страну "Белого Слона"- далекий и загадочный Сиам, где ее до сих пор помнят и чтут.

© E.-C.Dalberg

Screenshot_20190513-141827_Facebook.thumb.jpg.1f7f4fff86617a99594c719ac88d0b39.jpg

  • Спасибо 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Русская тёща 
Английский лейтенант Ричард М. влюбился в ноги… Он зашёл в клуб на минутку. На столе как раз танцевала незнакомая ангел по имени Даша. Она была в чулках, пьяная, русская, из очень хорошей семьи. Дашу в Англию прислала мама. Мама верила, что чужбина убережёт дочь от раннего замужества. Насчёт англичан мама не волновалась, всё они козлы и не представляют опасности. Выйти за них замуж невозможно, это противно человеческой природе.
Как бывает с девушками, чьи предки сплошь интеллигенты, посещение клуба Даша завершила танцами на столе. Выступление было украшено голыми ногами, уходящими в волнующую бесконечность. «На сладкое» Даша исполнила кувырок в руки анонимного лейтенанта ВВС.

Ричард поймал Дашу легко, будто всю жизнь ловил пьяных русских баб. И, конечно, сразу влюбился. Когда на лейтенанта, прошедшего земную жизнь до гнусной середины, валятся с небес распаренные женские тела, лейтенант не может не любить. Через неделю Даша прислала маме письмо: «Его зовут Ричард, он почти уже капитан, я сопротивлялась сколько могла».

Мама телепортировалась почти мгновенно. Чтоб медовый месяц не растёкся на тысячу лет, она приехала посмотреть, как они там устроились.

Лейтенанту впервые захотелось убить человека, когда тёща поливала газон. Стояли жара и сушь, английское радио просило всех беречь воду. Соседские газоны согласно пожухли и только в Ричардовом оазисе колосились томаты. Лишь только лейтенант уходил служить, мама хватала шланг и вредила стране со скоростью одно ведро в секунду.

Ей было ясно сказано: воду — только пить. А она всё равно лила на грядки. К концу июля пыльные смерчи убили всю зелень в южном Уэссексе. И только Ричардов двор позорно зеленел на всю улицу. Это был его личный, изумрудный позор. Тогда капитан придумал дезинформацию. Как бы проговорился за ужином:
— С завтрашнего дня нашим вертолётчикам приказано летать над нашей родной Англией и расстреливать всех, кто поливает газоны.

На следующий же день Тёща установила четыре автоматические поливалки.

— Дорогой, не сердись на маму, — тихо сказала Даша и закинула левую ногу на правую. И дорогой перестал сердиться. А наутро как раз пошёл дождь.

Но вы же знаете наших русских мам. Пока зять жив, они будут творить добро. И мама переклеила обои. За день. Во всём доме. С расчётом, что зять умрёт от удивления. Но он оказался лётчик, здоровяк, отделался простым необширным инфарктом и истерикой. То есть, с маминой точки зрения, никак не отреагировал.

Это был Сюрприз. Лейтенант трижды заходил в дом и выходил назад. Изнутри ему казалось, он вломился не к себе. А снаружи это опять был его дом. Англичане ужасно консервативны, вы не находите? Тут Даша опять сделала жест примирения — сняла левую ногу с правой и переложила всё наоборот. И сказала:
— Любимый, мама скоро уедет, мы переклеим как было.

Везти маму в аэропорт он вызвался сам. Он должен был убедиться, что счастье улетело. Выехал заранее. Но сиксильон местных автомобилей тоже выехал заранее. В этот день всем понадобилось стоять и бибикать как раз между Ричардом и Самолётом, который один мог отвезти тёщу обратно в Ад. Это была самая большая и подлая пробка в истории королевства.

И капитан Ричард М. объехал её по встречной обочине. Всё пятьдесят километров. О, это было как сольный дневной полёт бомбовоза над вражеской Германией! Нет, вы не понимаете. В списке английских преступлений даже поливать газон в жару — хуже. И страшнее, чем клеить обои без разрешения. Так не ездят даже те, у кого вся крыша — одна сплошная восьмицветная мигалка, и в руках мигалки, а на груди паровозный гудок, всё равно. Англичане даже казни отменили, потому что никто так не ездит.

Но. Если человека загнать в угол тёщей, в нём просыпается социопат, убийца и маньяк. Ричард не боялся, что у мамы от тряски выпадут пломбы. Он боялся, что мама опоздает. А мама на заднем сиденье была растрогана. Никогда в её честь так не рисковали жизнью и карьерой. Только ромашки всякие дарили, да пару раз муж принёс из магазина картошку. А теперь родной зять ради неё послал к чертям страну и королеву!

И в аэропорту тёща поцеловала непутёвого, но трогательного зятя. И Ричард устыдился. Понял, что новые обои были пожеланием добра, и газон тоже, и даже помидоры. И поцеловал маму в ответ. А она его. И так три раза…

Вот так, с езды по встречной и целования началось постепенное перерождение Ричарда в хорошего русского человека.

Слава Сэ

  • Нравится 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Screenshot_20190515-221734_Facebook.thumb.jpg.62b2212172468b16c57bad872a0d816c.jpg

 

У этой скульптуры на станции московского метро "Площадь Революции" есть своя драматичная история. Прообразом бронзовой фигуры "Студент с книгой", выполненной в 1937 году выдающимся русским и советским скульптором Матвеем Манизером, стал 26-летний спортсмен из Калуги, преподаватель Московского института физкультуры, многократный чемпион Москвы по прыжкам в высоту Аркадий Гидрат.
В 1939-м Аркадий добровольцем ушел на войну с финнами, а в сентябре 1941 года на Синявинских высотах под Ленинградом рота лейтенанта Аркадия Гидрата стояла насмерть, не давая немцам сомкнуть кольцо блокады вокруг Северной столицы. После одного из сражений лейтенант Гидрат около 60-ти лет числился пропавшим без вести. Его дочь Ольга Аркадьеана рассказывала: «Мы в метро с мамой часто ходили. Иногда мама оставляла на книге цветы. Постоим, поплачем. Это было единственное место в мире, где я могла увидеть своего папу. Как живого…»
И лишь весной 2001 года поисковики нашли место гибели Аркадия Гидрата в Ленинградской области и его записку с адресованными жене словами "Живи счастливо!"

Изменено пользователем rucola
  • Нравится 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

"Однажды, тридцать пять лет назад, один советский спортсмен навсегда оставил занятия спортом. Казалось бы, ничем не примечательная история, таких в спортивном мире — тысячи. Но это — лишь на первый взгляд. Потому что речь идет (приготовьтесь считать!) об 11-кратном рекордсмене мира, 17-кратном чемпионе мира, 13-кратном чемпионе Европы, 7-кратном чемпионе СССР. Спортсменов с таким «послужным списком» во всей истории спортивных состязаний можно перечесть по пальцам. И вот на пике своей формы, в зените славы и карьеры он вдруг уходит из большого спорта, чтобы через несколько лет открыть в Москве маленькую мастерскую по пошиву обуви. Этот человек в полном смысле этого слова закопал свой талант в землю, вернее — утопил его в ледяной и грязной воде Ереванского озера. Но упрекнуть его за это вряд ли повернется язык даже у самых горячих болельщиков. 

…В тот день, 16-го сентября 1976 года, в Ереване сорвался в воду троллейбус, проезжавший по дамбе. Девяносто два пассажира оказались заживо погребены на десятиметровой глубине. Все они были обречены на неминуемую гибель, если бы не одно обстоятельство: именно в это время вдоль озера совершал тренировочную пробежку многократный чемпион мира по подводному плаванию Шаварш Карапетян. Впоследствии эксперты признают: никто на свете просто физически не смог бы сделать того, что сделал тогда Шаварш. Нырнув в замутненную падением троллейбуса воду, он разбил ногами заднее стекло, и стал вытаскивать потерявших сознание пассажиров. Более двадцати минут в ледяной воде. Двадцать спасенных жизней. На самом деле он вытащил из троллейбуса больше людей, но не всех удалось спасти. Когда Шаварш очередной раз выныривал на поверхность, столпившиеся на дамбе прохожие видели, что все его тело истерзано осколками разбитого окна. 

Потом, на вопрос — что же было тогда самым страшным? — Шаварш ответил: «Я точно знал, что, несмотря на всю мою подготовку, меня хватит лишь на определенное количество погружений. Там на дне видимость была нулевая, поэтому я на ощупь хватал человека в охапку и плыл с ним наверх. Один раз я вынырнул и увидал, что в руках у меня… кожаная подушка от сиденья. Я смотрел на нее и понимал, что цена моей ошибке — чья-то жизнь. Эта подушка потом не раз снилась мне по ночам». 

Такой подвиг стоил ему тяжелейшей двусторонней пневмонии, осложненной общим заражением крови — в озеро сбрасывались городские канализационные стоки. Врачи с огромным трудом спасли ему жизнь, но о возвращении в спорт не могло быть и речи: Шаварш Карапетян стал инвалидом. 

Он навсегда погубил свой выдающийся талант пловца. Но дар любви к людям, столь же щедро отпущенный ему Господом, он преумножил за эти страшные двадцать минут многократно. 

Вот таких людей надо ставить в пример нынешней молодежи! Вот такими детей воспитывать! Вот про такие подвиги рассказывать в школе! 

Нажмите "мне нравится" и "рассказать друзьям" - страна должна знать своих НАСТОЯЩИХ ГЕРОЕВ! А не читать только про произвол властей и чиновников...

Screenshot_20190516-221817_Facebook.thumb.jpg.31d34a20057aad49c7334bc8e7e3a6a5.jpg

  • Нравится 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
Авторизация  

  • Последние посетители   0 пользователей онлайн

    Ни одного зарегистрированного пользователя не просматривает данную страницу

×