Перейти к содержанию
Авторизация  
Евгений Наумов

"Елка" и "Не в духе"

Рекомендуемые сообщения

ЕЛКА

 

Высокая, вечно зеленая елка судьбы увешана благами жизни... От низу до верху висят карьеры, счастливые случаи, подходящие партии, выигрыши, кукиши с маслом, щелчки по носу и проч. Вокруг елки толпятся взрослые дети. Судьба раздает им подарки...

-- Дети, кто из вас желает богатую купчиху? -- спрашивает она, снимая с ветки краснощекую купчиху, от головы до пяток усыпанную жемчугом и бриллиантами... -- Два дома на Плющихе, три железные лавки, одна портерная и двести тысяч деньгами! Кто хочет?

-- Мне! Мне! -- протягиваются за купчихой сотни рук. -- Мне купчиху!

-- Не толпитесь, дети, и не волнуйтесь... Все будете удовлетворены... Купчиху пусть возьмет себе молодой эскулап. Человек, посвятивший себя науке и записавшийся в благодетели человечества, не может обойтись без пары лошадей, хорошей мебели и проч. Бери, милый доктор! Не за что... Ну-с, теперь следующий сюрприз! Место на Чухломо-Пошехонской железной дороге! Десять тысяч жалованья, столько же наградных, работы три часа в месяц, квартира в тринадцать комнат и проч.... Кто хочет? Ты, Коля? Бери, милый! Далее... Место экономки у одинокого барона Шмаус! Ах, не рвите так, mesdames! Имейте терпение!.. Следующий! Молодая, хорошенькая девушка, дочь бедных, но благородных родителей! Приданого ни гроша, но зато натура честная, чувствующая, поэтическая! Кто хочет? (Пауза.) Никто?

-- Я бы взял, да кормить нечем! -- слышится из угла голос поэта.

-- Так никто не хочет?

-- Пожалуй, давайте я возьму... Так и быть уж... -- говорит маленький, подагрический старикашка, служащий в духовной консистории. -- Пожалуй...

-- Носовой платок Зориной! Кто хочет?

-- Ах!.. Мне! Мне!.. Ах! Ногу отдавили! Мне!

-- Следующий сюрприз! Роскошная библиотека, содержащая в себе все сочинения Канта, Шопенгауэра, Гете, всех русских и иностранных авторов, массу старинных фолиантов и проч. ...Кто хочет?

-- Я-с! -- говорит букинист Свинопасов. -- Пажалте-с!

Свинопасов берет библиотеку, отбирает себе "Оракул", "Сонник", "Письмовник", "Настольную книгу для холостяков"..., остальное же бросает на пол...

-- Следующий! Портрет Окрейца!

Слышен громкий смех...

-- Давайте мне... -- говорит содержатель музея Винклер. -- Пригодится...

-- Далее! Роскошная рамка от премии "Нови" (пауза). Никто не хочет? В таком случае далее... Порванные сапоги!

Сапоги достаются художнику... В конце концов елка обирается и публика расходится... Около елки остается один только сотрудник юмористических журналов...

-- Мне же что? -- спрашивает он судьбу. -- Все получили по подарку, а мне хоть бы что. Это свинство с твоей стороны!

-- Все разобрали, ничего не осталось... Остался, впрочем, один кукиш с маслом... Хочешь?

-- Не нужно... Мне и так уж надоели эти кукиши с маслом... Кассы некоторых московских редакций полнехоньки этого добра. Нет ли чего посущественнее?

-- Возьми эти рамки...

-- У меня они уже есть...

-- Вот уздечка, вожжи... Вот красный крест, если хочешь... Зубная боль... Ежовые рукавицы... Месяц тюрьмы за диффамации...

-- Все это у меня уже есть...

-- Оловянный солдатик, ежели хочешь... Карта Севера...

Юморист машет рукой и уходит восвояси с надеждой на елку будущего года...


В тишине иногда прославляется Божия благость,
Ведь слова слишком громки бывают подчас.
Наша жизнь, наши мысли, дела, чистота, наша радость -
Это проповедь сердца, что льется в сиянии глаз.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

НЕ В ДУХЕ

 

 

Становой пристав Семен Ильич Прачкин ходил по своей комнате из угла в угол и старался заглушить в себе неприятное чувство. Вчера он заезжал по делу к воинскому начальнику, сел нечаянно играть в карты и проиграл восемь рублей. Сумма ничтожная, пустяшная, но бес жадности и корыстолюбия сидел в ухе станового и упрекал его в расточительности.

-- Восемь рублей -- экая важность! -- заглушал в себе Прачкин этого беса. -- Люди и больше проигрывают, да ничего. И к тому же деньги дело наживное... Съездил раз на фабрику или в трактир Рылова, вот тебе и все восемь, даже еще больше!

-- "Зима... Крестьянин, торжествуя..." -- монотонно зубрил в соседней комнате сын станового, Ваня. -- "Крестьянин, торжествуя... обновляет путь..."

-- Да и отыграться можно... Что это там "торжествуя"?

-- "Крестьянин, торжествуя, обновляет путь... обновляет..."

-- "Торжествуя..." -- продолжал размышлять Прачкин. -- Влепить бы ему десяток горячих, так не очень бы торжествовал. Чем торжествовать, лучше бы подати исправно платил... Восемь рублей -- экая важность! Не восемь тысяч, всегда отыграться можно...

-- "Его лошадка, снег почуя... снег почуя, плетется рысью как-нибудь..."

-- Еще бы она вскачь понеслась! Рысак какой нашелся, скажи на милость! Кляча -- кляча и есть... Нерассудительный мужик рад спьяну лошадь гнать, а потом как угодит в прорубь или в овраг, тогда и возись с ним... Поскачи только мне, так я тебе такого скипидару пропишу, что лет пять не забудешь!.. И зачем это я с маленькой пошел? Пойди я с туза треф, не был бы я без двух...

-- "Бразды пушистые взрывая, летит кибитка удалая... бразды пушистые взрывая..."

-- "Взрывая... Бразды взрывая... бразды..." Скажет же этакую штуку! Позволяют же писать, прости господи! А все десятка, в сущности, наделала! Принесли же ее черти не вовремя!

-- "Вот бегает дворовый мальчик... дворовый мальчик, в салазки Жучку посадив... посадив..."

-- Стало быть, наелся, коли бегает да балуется... А у родителей нет того в уме, чтоб мальчишку за дело усадить. Чем собаку-то возить, лучше бы дрова колол или Священное писание читал... И собак тоже развели... ни пройти, ни проехать! Было бы мне после ужина не садиться... Поужинать бы, да и уехать...

-- "Ему и больно и смешно, а мать грозит... а мать грозит ему в окно..."

-- Грози, грози... Лень на двор выйти да наказать... Задрала бы ему шубенку да чик-чик! чик-чик! Это лучше, чем пальцем грозить... А то, гляди, выйдет из него пьяница... Кто это сочинил? -- спросил громко Прачкин.

-- Пушкин, папаша.

-- Пушкин? Гм!.. Должно быть, чудак какой-нибудь. Пишут-пишут, а что пишут -- и сами не понимают. Лишь бы написать!

-- Папаша, мужик муку привез! -- крикнул Ваня.

-- Принять!

Но и мука не развеселила Прачкина. Чем более он утешал себя, тем чувствительнее становилась для него потеря. Так было жалко восьми рублей, так жалко, точно он в самом деле проиграл восемь тысяч. Когда Ваня кончил урок и умолк, Прачкин стал у окна и, тоскуя, вперил свой печальный взор в снежные сугробы... Но вид сугробов только растеребил его сердечную рану. Он напомнил ему о вчерашней поездке к воинскому начальнику. Заиграла желчь, подкатило под душу... Потребность излить на чем-нибудь свое горе достигла степеней, не терпящих отлагательства. Он не вынес...

-- Ваня! -- крикнул он. -- Иди, я тебя высеку за то, что ты вчера стекло разбил!

 

А.П. Чехов


В тишине иногда прославляется Божия благость,
Ведь слова слишком громки бывают подчас.
Наша жизнь, наши мысли, дела, чистота, наша радость -
Это проповедь сердца, что льется в сиянии глаз.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Для публикации сообщений создайте учётную запись или авторизуйтесь

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать учетную запись

Зарегистрируйте новую учётную запись в нашем сообществе. Это очень просто!

Регистрация нового пользователя

Войти

Уже есть аккаунт? Войти в систему.

Войти
Авторизация  

  • Последние посетители   0 пользователей онлайн

    Ни одного зарегистрированного пользователя не просматривает данную страницу

×